Остров Согласия

ПОЗНАВАЯ СЕБЯ, ТЫ ПОЗНАЕШЬ ВСЕЛЕННУЮ!

Любовь Гайдученко написалa 25 марта 2014 года

Вот интересно: мне всегда казалось, что я - такая крутая противница власти, я её критиковала, хотела другую власть, и так далее и тому подобное. И я симпатизировала многим людям из оппозиции, мне они казались какими-то героями, пытающимися бороться со злом.
 
Но вот начались последние события. И со мной произошла странная метаморфоза. Во-первых, меня удивляло, как можно желать своей стране, гражданином которой ты являешься - России - всяческих гадостей и несчастий.
 
 Во-вторых, даже маленькому ребёнку понятно, что в этой ситуации мы правы на сто процентов, и политика наших властей абсолютно правильная. Никакие мы не оккупанты, как тут захлёбывался в истерике один мой виртуальный "друг", проживающий на Украине. Было бы странно, если бы мы отказали людям в Крыму, где все поголовно, уже давным-давно, не желают быть под Украиной. Да и российский исторический опыт таков, что мы никого никогда не присоединяли насильно - например, закавказские республики при царизме сами просили нас об этом, просились к нам под защиту, потому что любителей их прихватить было много.
 
Давайте тогда считать, что и многие европейские страны в 45-ом не надо было освобождать от фашистов... Так действительно можно чёрт знает до чего договориться - что вообще не надо было сопротивляться Гитлеру. (Кстати, такие уроды, которые считают, что надо было поднять лапки кверху и без боя сдать, например, Ленинград, уже тоже находятся).
 
Ну чего же тогда мы стонем, что с нами нигде не считаются, смотрят на нас, как на незначительную бесправную страну третьего мира, которая безропотно проглотит любое оскорбление в свой адрес, утрёт молча любой плевок в свою физиономию, что нас никто в мире не уважает и отзывается о России крайне пренебрежительно. И закончится это может тем, что у нас отберут наши территории и последние не разворованные богатства, и Россия распадётся на части, которые будут принадлежать всем, кому не лень.
 
Сегодняшняя ситуация - это начало нашей новой политики, в основе которой будет лежать полная независимость от западных шакалов, которые никогда не расстанутся с надеждой превратить нас в покорных и послушных своей воле. И те, кто этого не хочет понимать, являются обыкновенными гнусными предателями своей страны, презренной пятой колонной в государстве.
 
И было бы замечательно, чтобы наши политики не свернули с этой дороги ни под каким видом и ни под какими предлогами. Только в этом случае наша жизнь наладится к лучшему.

Представления: 1402

Ответы на эту тему форума

Опубликовано 13 марта 2014 г.

А Фурсов:НАЦИЗМ как сущность и целеполагание современных западных элит.В чём сила западной элиты. 
(в гостях у Профсоюза Граждан России)

Во время марша в Москве скандировали "Банду геть!" и "Путин, вон из Украины" Москва, 15 марта, 20:19  

Многолюдный "Марш мира" состоялся сегодня в Москве. radiosvoboda.org В Москве прошел "Марш мира" По разным подсчетам на акции собралось около пятидесяти тысяч человек. Они вышли на улицу, чтобы высказаться против войны с Украиной и аннексии Крыма. Это самая масштабная акция за последний год в российской столице, говорится в сюжете ТСН 19:30. Такое количество украинских флагов в центре Москвы сложно было представить. Во время акции над толпой развевалось множество украинских флагов, а майдановские лозунги "Слава Украине! Героям слава!" и "Банду геть!" смешались с традиционными российскими требованиями свобод.

Пели митингующие и гимн Украины, а также скандировали лозунг "Путин, вон из Украины". Смотрите фото: В Москве тысячи россиян вышли на "Марш мира" в поддержку Украины К требованиям не вмешиваться в украинские дела, россияне добавили еще одно - не ущемлять свободу слова в самой России. На этой неделе несколько либеральных СМИ, которые откровенно и взвешенно рассказывали о Майдане и не только, оказались под угрозой закрытия. Участником марша стал Андрей Макаревич.

Корреспонденты ТСН Маргарита Сытник, Никита Бородин
Больше читайте здесь: http://ru.tsn.ua/politika/vo-vremya-marsha-v-moskve-skandirovali-ba...

AN.NIK.S.[W] Оракул 

АндНик. психолог, правосл. публ.
Нацизм (не путать с национализмом) - крайняя степень выраженности превозношения своей нации над другими, заключающаяся не только в внутреннем понимании, а и во внешней экспансии, насилии над другими.

Примером является Гитлер, который рассуждал об исключительности арийской расы, сам будучи на часть евреем и в силу "зова крови" позаимствовавший свою философия из Талмуда, в котором идея превосходства иудеев над другими "гоями" выражена наиболее полно.. .

Фашизм - философское учение о единстве нации, народа, семьи, о взаимной поддержке и сотрудничестве под Божьим Омофором.

Впоследствии этот термин был "позаимствован" Гитлером и извращен, наполнившись совершенно иным, ядоносным содержанием.

Говоря об этих словах, надо разделить Истину от наносной лжи, что непросто и не всем под силу... Многие идеи и символы были в истории искажены и перелицованы. В этом путаются невежды, этим пользуются власть имущие, чтобы "разделять и властвовать".
***
Слово "фашизм" столь заезжено, что чаще всего потеряло изначальный смысл и употребляется чаще всего для обозначения германского движения политического времен Адольфа Гитлера. Увы разочарую. Гитлер никогда не был фашистом. 

Само слово происходит от итальянского fasci  - союз, связка, пучок. Отбросим -изм (суффикс означает "учение", "идеология") и узнаем, откуда эта fasci появилось в итальянском языке.
В итальянском впрочем слово "фаши" означает чаще всего именно "пучок", во всяком случае так переводил Гугль. Вообще-то еще в XIX веке фасциясимволизировала силу через единство. В более широком смысле термин «фаши» использовался для обозначения итальянской политической группы или объединения. Оно было впервые использовано в этом смысле в 1870 году, к примеру: Fasci d’Azione rivoluzionaria internazionalista (Союзреволюционных интернационалистов).
В конкретном применении слово оно использовалось еще с древнего Рима, Римской Империи как обозначение символа Империи и Императора - связку/пучок палок, обрамляющих топорик. Именно оттуда было взято для связи времен, подобно как германские национал-социалисты (НСРП) взяли приветствие вскинутой рукой - так приветствовали Императора в Риме в оные времена
. И символ имперский в Италии стал символом сначала Итальянскогосоюза борьбы (Fasci italiani di combattimento
)а потом иНациональной фашистской партии (итал. Partito Nazionale Fascista; PNF). В этой-то партии и стали называть словом фашии местные отделения партии. Кстати говорят, что еще Ленин одобрил эту партию, возникшую кстати в 1919
 году. Как никак партия Муссолини по тем временам была революционной.
Чем нацизм и фашизм отличаются от национализма?

Национализм ставит во главу угла нацию, причем нация может быть как нацией крови, так и нацией гражданской (как, например, американская нация). Национализм совместим с принципами рыночной экономики и свободной конкуренции, а также с демократическим правлением. В отличие от фашизма и нацизма, оперирующих утопистскими концептами интегралистского общества и Религии Крови, национализм строго привязан к реальности и предпочитает рассматривать уже существующие нации и их взаимоотношения, стремясь в первую очередь защитить интересы выбранной нации, а не воплотить социально-политическую утопию.

В целом можно сказать, что фашизм и нацизм — революционные лефтистские утопические идеологии, предполагающие коренную перестройку всего социума и, в идеале, мира, тогда как национализм — правоконсервативная идеология холодного реализма, предпочитающая работать с тем, что есть. Войны, геноциды, социальные эксперименты вытекают из самой утопической сущности фашизма и нацизма, тогда как национализм может быть абсолютно мирным и демократическим.

С точки зрения националиста, мультикультурализм и теории безнационального бесклассового общества являются такой же оторванной от реальности утопией, как Расовые Крестовые Походы нацизма или воинствующий антимодернизм фашизма. Легко заметить потрясающее сходство эгалитарных тенденций фашизма, нацизма и современного мультикультурного велфер-либерализма. С правоконсервативной национальной точки зрения, и нацизм, и мультикультурализм — всего лишь подвиды утопистких левых идеологий.

Национализм — это система взглядов взрослых, холодных, разумных людей, которые предпочитают не бороться с реальностью, но максимально ее учитывать, называя кота котом и обращаясь с ним как с котом. ссылка

Не допустить союза России с Китаем. О новой директиве США для московской 5-й колонны

Накал политических страстей на международной арене потихоньку пошёл на спад. Однако это лишь антракт перед вторым актом, который откроется в мае визитом Владимира Путина в Китай. Его итоги определят новую расстановку сил и могут стать ответом России на попытки Запада «международно изолировать» её.

США призывают не допустить сближения России с Китаем, справедливо опасаясь такого союза, и прибегают к услугам российской пятой колонны. Что из этого получается и чего нам ожидать, стоит разобрать внимательнее.

Задача изоляции России оказалась не такой простой, как рисовалась экспертами популярных западных изданий. Однако иного способа надавить на нас у США нет, и попытки продолжаются. И если даже Европа относится к идее блокады нашей страны с большим скепсисом, то Азия и подавно не намерена включаться в рискованную игру. Таким образом, попытки давления на нас с европейского направления закономерно разворачивают нас в сторону Азии. Парадокс в том, что такой разворот крайне невыгоден США, хотя на деле получается, что они сами подталкивают нас в объятия Китая.

В недавней статье, опубликованной в «Нью Йорк Таймс», бывший посол США в России Майкл Макфол среди прочего упоминает: «У России Путина нет настоящих союзников. Мы должны оставить это так, как есть. Способствовать отдалению Китая от требующей ревизии России — очень важная для нас задача». И не успела краска высохнуть на свежем тираже, как наша прозападная пятая колонна взяла под козырёк и ринулась пугать подведомственную популяцию ужасами перспектив союза России с Китаем. Первым самоотверженно бросился на амбразуру Б. Немцов: «Путинская Россия сделала судьбоносный, цивилизационный и абсолютно противоестественный выбор в пользу Китая. Китайцы относятся к России как к сырьевому придатку и будут теперь пытаться по дешёвке покупать нефть и газ. А также, думаю, через какое-то время предъявят России территориальные претензии на те земли, на которые они, собственно, всегда зарились. Я имею в виду Сибирь и Дальний Восток. Это на самом деле катастрофа, и последствия будут очень плохие. Считаю, что у власти (в России) находится китайская «пятая колонна» или руководитель агентурной китайской сети. Потому что последствия для страны в результате содеянного наступают ровно такие».

Однако это была только пристрелка, и через пару дней Б. Немцов вдарил напалмом: «Изоляция от Запада толкает страну в объятия Китая. Прощай европейский выбор России, здравствуй Поднебесная! Вся судьба России, её история и культура связана с европейской и христианской традицией. Но Путин и Дугин решили иначе. Будем учить китайский и Конфуция. Что нас ждёт в ближайшем будущем? В мае Путин подпишет грабительский контракт с Китаем на поставку газа. Думаю, цена будет меньше 300 долларов (в Европу продаём под 400). Далее начнётся строительство газопровода Сила Сибири, стоимостью в сочинскую Олимпиаду. Деньги Газпром возьмёт за счёт повышения цен на газ на внутреннем рынке (а откуда теперь ещё их брать). То есть за счёт нас с вами. Затем увеличат поставки нефти по демпинговым ценам в Китай. А потом будем ждать, когда Сибирь пойдёт под китайскую юрисдикцию. Главным бенефициаром путинской авантюры, таким образом, является Китай. Который, кстати, ничего для этого не сделал… Путин называет несогласных с его сумасшедшим китайским выбором пятой колонной и нацзрадникамы. А на самом деле ведёт себя как представитель пятой китайской колонны и руководитель китайской шпионской сети. Продаёт Россию китайцам…»

Версию «Путин — китайский шпион» подхватили украинские информационные агентства и принялись соревноваться в фантазиях на тему того, как Китай вскоре аннексирует у России Дальний Восток. В общем, информационная кампания «Нет союзу России с Китаем» официально стартовала, с чем мы можем друг друга и поздравить. Что происходит на самом деле?

Агитка Немцова, как и все прочие, вынута из набора новинок прошлого века — тому виной глубочайший кризис жанра либеральной пропаганды. Ему можно напомнить лишь одно из крылатых выражений Конфуция, изучением которого он нас пугает. Вот оно: «Кто, дожив до сорока лет, вызывает лишь неприязнь — тот конченый человек». На деле мы имеем предстоящий визит Путина в Китай, главным итогом которого должны стать договорённости по ценам на газ.

Те, кто за темой мало-мальски следит, — в отличие от Б. Немцова, знают, что вопрос поставок в Китай обсуждается уже много лет и не разрешается по причине ценовых разногласий. Причём Россия ведёт торг по всем традициям Востока, то уступая, то отказываясь от уступок в последний момент, то мягко шантажируя. Впрочем, как и Китай со своей стороны. В общем, нормальный восточный базар. Однако наши европейские коллеги, угрожающие отморозить себе зимой уши без российского газа назло Путину, всячески способствуют ускорению договорного процесса с Китаем. Впрочем, это вовсе не значит, что в сложившейся ситуации мы что-то должны потерять. Во-первых, никто в Европе от российского газа не отказался. Поэтому представлять ситуацию так, будто Путин бросился в ноги Китаю, пытаясь сбыть высвободившиеся объёмы, — глупо, нелепо. Напротив, визит Путина нужно расценивать как ответный ход на угрозы санкциями со стороны Запада. Заметьте, что это, в отличие от угрожающей европейской болтовни, ход реальный.

И если нам удастся на этот раз ударить по рукам с Китаем, то это будет настоящий удар по Европе. Потому что мы сможем переориентировать наши торговые потоки в Азию гораздо быстрее, чем Европа придумает, как же ей теперь зимовать. И оттого, что мы гипотетически будем продавать Китаю газ дешевле, чем прежде Европе, ей теплее уж точно не станет. Во-вторых, Китай не в том положении, чтобы диктовать нам цены на газ, в котором он отчаянно нуждается. Это значит, что сложившаяся ситуация может способствовать приемлемому для обеих сторон компромиссу. Потому что если прозевать, то, возможно, в ближайшем будущем такого удачного момента уже не представится.

Это очень в традициях восточного торга — соглашаться на сделку, сославшись на особые обстоятельства — и лицо сохранено, и карман не пострадал. Чего ждать?

Визит Путина в Китай должен расставить всё по своим местам. У Европы есть шанс одуматься и смягчить риторику, либо же она поддастся на давление США и вынудит Россию сплотиться с Китаем. Последний вариант сам по себе не представляет для нас опасности. Рано или поздно, но такой союз состоится — и всё располагает к тому, чтобы это случилось сейчас. Другое дело — как он будет с нашей стороны реализован. Безусловно, риск захвата наших ресурсов, превращения Дальнего Востока в сырьевой придаток Китая существует. Но только в случае особо бездарной российской политики на этом направлении. В случае же политики взвешенной тесное взаимодействие с Китаем (и другими странами АТР) открывает для нас блестящие перспективы и является, по общему мнению экспертов, единственной возможностью вдохнуть жизнь в дальневосточный регион. Ведь нефть и газ — это только один из аспектов сотрудничества, а взаимовыгодных проектов в иных областях огромное множество.

И далеко не все они ресурсные. Так, например, сегодня китайская пресса пишет о решении закупить у России 100 самолётов «Сухой Суперджет 100» и открыть в китайском Чжэнчжоу сборочное производство и агентский центр. Вообще, складывается впечатление, что союз с Китаем давно бы состоялся, если бы российская элита не боялась разгневать им западный мир. Учтём и то, что отказ от сотрудничества с КНР никак не гарантирует целостность российского Востока. Напротив, с равной степенью уверенности можно утверждать, что отказ от такого союза ведёт к продолжению деградации региона и увеличивает риск потери контроля над ним в будущем. Всё равно всё упирается в эффективность внутренней политики — хоть в союзе с Китаем, хоть порознь. Что точно можно прогнозировать наверняка, так это развитие информационной атаки по этому направлению. Нас будут всячески убеждать в том, что дружить с Китаем невыгодно и опасно, будьте готовы.

Впрочем, это имеет и положительный эффект — вопрос становится темой общественного обсуждения и внимания, а значит, больше людей будут пытаться разобраться в его сути. 

ссылка

Пятая колонна, на самом-то деле, это нормально в современной политике. Это ведь и есть демократия в действии: у каждого свое мнение.

Вот только хорошо бы его высказывать цивилизованно, уважительно по отношению к оппонентам. Но до цивилизации как еще далеко! Как много еще дикости, самого настоящего варварства.

С пятой еще предстоит разобраться. У меня сейчас резко отрицательное к ней отношение. Очень уж отвратные человеки представляют нашу колонну. Это раз. А во-вторых, именно сейчас внутренние подрывы не ко времени.

Борис Рожин. Пятая колонна

 "Термин "пятая колонна" первоначально возник в ходе Гражданской войны в Испании и обозначал сеть профашистски настроенных элементов подрывавших обороноспособность республиканцев изнутри.

Позднее, термин "пятая колонна" прочно закрепился за фашистскими сетями, которые действовали в различных европейских государствах в период доминации Третьего Рейха.

Впоследствии, термин "пятая колонна" потерял привязку к конкретным событиям или идеологии фашизма/нацизма и стал общепринятым обозначением для внутренних подрывных элементов действующих в интересах иностранного государства.

Тут надо понимать следующее – пятая колонна не есть вещь в себе. Она не существует сама по себе, она всегда действует в чьих то интересах. Поэтому говоря о пятой колонне, следует указывать, чья это пятая колонна. В чьих интересах она действует."

Михаил Леонтьев, журналист

Михаил Леонтьев

08:1726.03.2014

Особенности пятой колонны в России

Выражение «пятая колонна» приписывают франкистскому генералу Молла. О том, что наступление на Мадрид идёт четырьмя колоннами, а пятая колонна дожидается их в Мадриде. И, как мы знаем, дождалась. Так вот, наша «пятая колонна» не дождётся. По той причине, что нашу «пятую колонну» отличает уникальное качество: удивительная, патологическая ненависть к собственной стране. 

Вот Михаил Ходорковский: «Российская пропаганда как всегда врёт. Здесь нет фашистов и нацистов. Точнее, их не больше, чем на улицах Москвы или Питера. Здесь нормальные ребята». 

А вот майдан скандирует: «Бандера приде, порядок наведе»! 

А вот Олег Тягнибок поучает о героях: «Они боролись с москалями, боролись с немцами, боролись с жидвою — со всей той нечистью, которая хочет забрать у нас украинскую державу». 

Жидва — это про Ходорковского, кстати, если он не в курсе. Не знаю, когда Михаил Борисович считал последний раз фашистов на улицах Москвы и Питера, но здесь они уж точно не являются властью. А в Киеве и Львове они сегодня власть. 

Кто и что послало духовного вождя отечественной интеллигенции унижаться перед толпой майданутых русофобов? А ведь так старался сохранить лицо! Не получится! Потому, что либо с Россией, либо с этой самой «пятой колонной», с которой ощущает органичную, неразрывную связь. 

Эти люди не будут, наверное, гадить в колодцы и пускать под откос поезда. Они будут гадить нам в мозги. Что, на самом деле, гораздо опасней. Есть единственное противоядие — это спокойная, солидарная ненависть и презрение к предателям, паникёрам и пораженцам. 

Крым окончательно разделил российскую оппозицию

Далеко не все "несогласные" решили согласиться с предательством.

Далеко не все «несогласные» решили согласиться с предательством.

Когда-то они шагали вместе против Путина – левые и правые, Удальцов и Навальный, а раньше – Лимонов и Каспаров. Но Крым перетасовал карты. Сейчас выяснилось, кто за Россию, и кто за НАТО. Кто мечтает о России свободной, а кто хочет покорить Россию Западу. А ведь заранее угадать было трудно.

Навальный дает советы Америке, на кого из олигархов и парламентариев наложить санкции. А Удальцов – полностью поддерживает присоединение Крыма. Каспаров призывает удушить Россию санкциями и блокадой, а его бывший партнер Эдуард Лимонов призывает Путина взять Новороссию. КПРФ заняла позиции патриотические, а справороссы – кто не голосовал вообще, а кто голосовал против присоединения Крыма. Объяснения у них разные. Да и не так уж они важны, объяснения. Важна последняя итоговая строка, bottom line, а она очень разная.

Удальцов, самый отважный и упертый боец Болотной, представший сейчас перед судом,отмежевывается от былых товарищей:

«Часть оппозиции заставила меня вспомнить полузабытое определение «демофашисты». Так в 1993 году вроде бы милые и интеллигентные люди, называвшие себя демократами, с пеной у рта призывали «раздавить гадину», имея в виду защитников Верховного Совета, незаконно разогнанного ельцинской хунтой. Также и теперь – псевдолибералы агрессивно клеймят позором и вешают ярлыки на всех, кто по тем или иным причинам поддержал итоги референдума в Крыму. А также взывают к Обаме и Евросоюзу (а кто-то и напрямую к бандеровцам) примерно с тем же призывом — «раздавить гадину». Только теперь они называют «гадиной», вероятно, уже свою страну. После таких заявлений начинаешь думать, что в 41-м году такие люди действительно провели бы голосование и сдали фашистам Ленинград. А потом сдали бы и Москву, а потом и все остальное. Аргументы бы у них нашлись, это такая человеческая порода».

Александр Невзоров, когда-то будораживший советских ИТРов, бывший патриотом, а потом врагом православной церкви, на этот раз встал за НАТО: «Крым был взят у истекающей кровью, раненой, обездвиженной страны. Это называется мародерство… россияне ликуют, потому что не хотят видеть реальность. Любая форма патриотизма — это подмена реальности». А после осуждения патриотизма Невзоров заключает – лучшим правителем России всех времен был… Лжедмитрий. Наверное, потому, что он хотел ликвидировать русскую церковь и отдать Россию во власть Польши и иезуитов. Но глупый русский народ не согласился и выстрелил Лжедмитрием из пушки…

Навальный позиционировал себя как русский националист, но по Украине он стал на сторону киевского режима и НАТО. Его соратники-националисты, отец и сын Мироновы и прочие, тоже оказались за НАТО, а не за Россию, не за русский народ, хотя казалось бы! Националисты – даже не проплаченные Западом – тронулись на своей ненависти к Путину и к Чечне – а чеченцы Кадырова помогли взять Крым и утихомирить проатлантических татар Мустафы Джамилева.

Эдуард Лимонов, писатель, поэт, создатель боевой организации НБП (просидел два года в тюрьме), организатор протестов, для которого прочие лидеры Болотной были слишком мягкотелыми, не только приветствует присоединение Крыма, но и призывает забрать и другие части бывшей УССР. «Я — за войну, — писал он. — Все значительные литераторы России были империалистами и патриотами. Сегодня, когда всякие насекомые вроде Улицкой и сестры Прохорова созвали на уворованные Прохоровым-братом деньги конгрессик задрипаных предателей под названием «Интеллигенция против войны», не стоит даже обращать на них внимания. Я — за войну, я за присоединение территорий, я за отъем тех городов и областей, которые у нас обманом забрали в 1991 году. Пацифизм — согбенная покорная сдача врагу земли и населения — есть закат для нации, её конец, жест мазохистского отчаянья и трусости».

А вот его оценка положения на Украине: «В феврале 2014 года в Киеве произошёл государственный переворот. Власть попала в руки людей и опасных и безрассудных. Фактически Западная Украина, сельскохозяйственная и дремучая, с сильными бандеровскими традициями, оккупировала всю остальную Украину и стала насильственно принуждать Восточную и Южную Украину к смене традиций, верований и образа жизни. Крымчане собрали всю свою волю в кулак и нашли в себе силы покинуть государство Украину. И Россия не смогла от них отвернуться. Не смог отвернуться и президент РФ».

В это же время Каспаров, бывший партнер Лимонова, ставший борцом «с кремлевскими преступниками на международной арене», со страниц «Вашингтон Пост» призываламериканцев придавить Россию санкциями: «Введите санкции против поддерживающих Путина элит, преследуйте членов их семей, с помощью которых они прячут свои владения за границей, с пристрастием изучите их компании. Если существующих законов мало, напишите новые». Каспаров осудил Обаму за мягкотелость, за отказ от ввода войск на Украину. Именно так – он против русских войск в Крыму, он за американские войска на Украине.

Среди писателей тоже перетасовка. Блестящий молодой левый писатель и поэт Михаил Елизаров, автор жестоких и шалых постмодернистских романов, лауреат «Русского Букера», которому, казалось, сам Бог велел сидеть в «Жан-Жаке» и ругать «эту страну», обрадовался присоединению Крыма и поддержал линию Москвы по отношению к киевскому режиму. Это ему было не так-то просто – русский писатель Елизаров родом из западноукраинского Ивано-Франковска, а учился он во второй украинской столице Харькове. И все же пересилила творческая правда – его любовь к России и светлой памяти Советскому Союзу победила правду биографическую.

«Крым в России! Ура!» запостил Елизаров и добавил крепкое словцо. Он объяснял: «Что бы ни сделала Россия для защиты своих интересов, для защиты русского населения – Европа и Америка воспримут это как агрессию. На Россию не обрушивались западные СМИ только при Ельцине – когда шло последовательное самоуничтожение страны. На Украине пришли к власти те силы, для которых война с Россией – часть политической программы, дальняя перспектива».

К силам света пришел и Герман Садулаев, хотя, казалось бы, сын чеченца и казачки мог бы и Киев поддержать против русских империалистов. Но нет. «Рим предателям не платит», — рявкнул он в адрес вчерашних товарищей, бывших креативных, а ныне национал-предателей: «Кому вы нужны? Не обольщайтесь. Запад вас быстро забудет. Помните: Рим предателям не платит. Вас используют и выбросят. Подумайте о себе и о своих семьях. Возвращайтесь на родину, мыслью и сердцем. Мы не имеем никаких иллюзий относительно патриотизма нынешних элит. Мы понимаем, что это патриотизм вынужденный. Но относительно мотивов либеральной оппозиции у нас тем более нет иллюзий. Они просто хотят, чтобы вместо «неправильных» олигархов-патриотов пришли «правильные» олигархи-космополиты, компрадоры, которые будут получать инструкции непосредственно в Вашингтоне».

Садулаев отвечает и на обычную попытку оппозиционеров оправдать свою про-американскую позицию «делом социализма». Он пишет: «С точки зрения социализма, на вопрос, какой из кланов олигархов лучше, ответ очевиден: оба хуже. Но ради будущих социалистических преобразований мы хотим сохранить свою страну. Чтобы было, где строить социализм. И понятно, что сохранить страну поможет патриотизм, пусть и вымученный. Который всё же лучше искреннего идиотизма».

Эти слова Садулаева были ответом писателю Максиму Кантору, который занял позицию «левых за НАТО». На Западе эту пятую колонну американских войск вырастили давно и основательно. Какую бы войну не вел империалистический Запад, есть «левые», которые эту войну поддержат, на словах — из самых благородных соображений. Если нужно захватить Афганистан, они напомнят, что там женщин обижают; нужно разбомбить Сербию, они выступят против притеснения албанцев. Когда завтра будут осаждать Москву, они напомнят, что тут геям не давали выйти на парад.

Кантор поддержал киевский режим и западное вмешательство, прикрываясь левой фразой. Раз в России капитализм, значит, не надо стремиться к сохранению России, хрен с ней. Какая, мол, разница, русские или украинские олигархи правят Крымом. В Москве «нет огневого знамени — есть труба Газпрома. А это и оборонять-то не хочется. Выход я вижу только в социализме», пишет он. А пока нет социализма, он поддержит киевских бандеровцев, но тонко, очень тонко и изящно, отмежевываясь от их крайностей.

Больше всего Кантор ненавидит русский патриотизм. «Патриоты мало-симпатичны. Вы постоянно врете — правда, это видовое у патриотов: надо врать часто… Вы говорите с Лимоновым, Прилепиным, ну мало ли патриотов. Я охотнорядцев терпеть не могу. То, что вы называете тут патриотизмом — это оголтелая имперская пропаганда… Патриотизм – это вирус, холуйство перед Путиным… «Спасение русских на Украине» — это и есть провокация фашизма». Все у него фашисты – кроме настоящих фашистов, конечно.

Иудушка Кантор, как назвал бы его Ленин, добропорядочный западный буржуй в маске троцкиста, трескучей левацкой фразой прикрывающий свое соглашательство с диктатом атлантистов. Спорить с ним невозможно – его полные щеки постоянно надуты, ощущение собственного превосходства рвет крышу, собеседникам (если это не киевские бандеровцы) он откровенно хамит. Короче, Россия стала нормальной страной, если даже посттроцкисты завелись, полностью вписанные в западный дискурс. Ну, кто еще, если не Кантор, обвинит людей, поддерживающих политику Путина по Украине – в латентном гомосексуализме?

Баррикады разделили русскую словесность и русскую оппозицию. На этих баррикадах формируется новая оппозиция. На стороне Запада есть и националисты, и либералы, и посттроцкист, и враги церкви, есть там и антирусские, и антиевреи. Коммунисты и другие сторонники Советского Союза (и не только они) точно не на этой стороне баррикад. Из них встанет неподвластная Западу оппозиция правительству Путина-Медведева, которая определит вектор движения России.

Автор: Исраэль Шамир.

Александр Дугин

Демократия против либерализма

1.

В последнее время все яснее в сфере идеологии проступает различие между демократией и либерализмом. И дело отнюдь не ограничивается теоретическими дискуссиями и научными спорами. Между радикально демократическим лагерем и лагерем радикально либеральным все жестче проходят политические разломы, все резче различаются экономические проекты, а соответствующие мировоззрения становятся непримиримыми и враждебными. Подчас дело доходит и до военных столкновений, бунтов, баррикад...

В чем состоит этот новое политическое деление, которое, видимо, предопределит политическое развитие мира после исчезновения традиционной пары -- капитализм-социализм с исторической сцены? Как случилось, что общее определение "либеральная демократия" распалось на две непримиримых составляющих? В какой момент эти два слова, -- "либерализм" и "демократия", -- звучавшие для обывателя почти как тавтология, как плеоназм, стали по разные стороны политического фронта?

Обратимся к историческому значению этих политических концепций.

Что же такое "демократия"?

Никто не будет отрицать, что само это понятие, а равно и политическая система, им обозначенная, ведут свое происхождение из древней Греции, из Афин. "Демократия" дословно означает "власть народа (демоса)". При этом с самого начала важно подчеркнуть, как понимали греки термин "демос" ("народ"). "Демос", слово дорийского происхождения, обозначало народ, проживающий на определенной территории и связанный с историей этой территории, полиса, системой социальных, этнических и профессинальных отношений. Показательно, что термин "демос" означал нечто совершенно иное, нежели слово "лаос" также опредедяющее "народ" в греческом языке. "Лаос" в отличие от "демоса" -- это вся совокупность населения, вне зависимости от наличия или отсутствия связей с традицией данной культурной области. В принципе, "демос" являлся у греков практически синонимом слова "этнос". Таким образом, "демократия" понималась изначально не как участие в управлении государством совокупности индивидуумов, но как участие в нем особой и нерасчленимой общности, "органической общины", всего "полиса". Эта органическая общность представляла собой отдельного "коллективного индивидуума", чья неповторимость, уникальность и самоидентичность проявлялась в традициях, нравах, морали и этике, свойственных именно этому народу, именно этому полису, именно этому "демосу".

Любопытно также подчеркнуть этимологическую связь между "этносом" и "этосом", так как и "этнос" и "демос" мыслились греками как общность, объединенная именно культурной, этической и религиозной традицией. Для нас важно снова и снова подчеркнуть, что субъектом "демократии" изначально являлся и логически должен являться именно "народ" как нечто качественно единое, неделимое на атомарные индивидуумы, как нечто "индивидуальное", исторически укорененное в культурных, религиозных и этических традициях, свойственных данному региону, данной территории.

Не плебисцит, не тайное голосование определяли изначально базовые принципы демократии. Греки называли три термина, свойственные истинно демократическому режиму: "изономия" (равенство перед законом), "изотимия" (равное право исполнять в государстве любые функции для всех граждан) и "изегория" (свобода слова). Эти принципы определяют "прямую демократию", где все граждане имеют право участвовать в ассамблее, "экклезии". Величественно звучит клятва афинянина по защите демократии: "Я убью моим словом, моим действием, моим голосом на ассамблее, моей рукой, если я смогу, каждого, кто свергнет демократию <...>. И если кто-то другой убьет преступника против демократии, я буду считать убийцу чистым перед богами и божественными силами, поскольку убит будет враг народа!"

Очень важно при этом, что в истинной демократии, в прямой демократии, демократии "лицом к лицу" "народ правил в полном смысле этого слова, а не просто выбирал людей, чтобы они им управляли" (Жаклин де Ромийи). Прямая демократия и есть подлинная демократия, так как в ней выполняются и соблюдаются все основные нормы режима, основывающегося на изначальной логике самого этого термина. Непрямая, опосредованная, представительная демократия уже в самой своей идее несет определенное противоречие, искажение изначальной концепции, некую подмену народного волеизъявления истемой посредников, узурпирующих власть народа под тем или иным предлогом. Для греков непрямая демократия, существующая сегодня, возможно была бы названа иным темином -- возможно "аристократией", возможно даже "тиранией".

Еще одной важнейшей чертой демократии является деление людей на "граждан" и "неграждан". "Граждане" по-гречески назывались "политес", а не-граждане -- "идиотес". (Наше слово "идиот", таким образом, означало изначально отдельного индивидуума, лишенного связей с "демосом" и "полисом", оторванного от социальных, этнических и религиозных традиций, т.е. являющегося не частью народного целого, но лишь атомарной и автономной личностью). "Гражданином" в демократическом режиме считался всякий, кто с полным основанием принадлежал к "демосу", к "народу", кто был неразрывно и прямо связан с родиной -- т.е. с землей и прошлым, с историей земли. "Гражданином", "афнинянином" надо было родиться, стать им было практически невозможно. "Гражданство" мыслилось как нечто укоренное в истории нации, как нечто глубоко автохтонное.

Итак все определения демократии относятся только и исключительно к органической общине, объединенной землей, историей и культурой, к общине автохтонной, к общине духовной и живой, нерасчленимой на составляющие, нераздельной. И сама категория "демоса", и осуществление им прямой власти ("лицом к лицу"), и основополагающая юридическая конецепция гражданства, и принцип трех основных демократических прав -- все это мыслится применительно к особому индивидуальному живому и неповторимому организму, которым является данный конкретный полис, данный конкретный этнос.

Совершенно очевидно, что при таком определении не может существовать никакой универсальной теории демократии, никаких универсальных рецептов или правовых норм, так как каждый народ, как особое органическое единство с необходимостью имеет свои неповторимые исторические, национальные, религиозные и этические черты, которые при демократическом строе ложатся в основание юридических, правовых, политических и экономических нормативов.

Александр Дугин

Демократия против либерализма

2. 

Определив демократию в ее изначальной форме перейдем теперь к "либерализму". Если демократия имеет древнюю историю, и уже после Афин режимы демократического типа постоянно появлялись в истории в той или иной форме, то понятие "либерализма" является сугубо современным. Оно возникло на ранних стадиях развития капитализма как особая беспрецедентная идеология, в которой воплотились философские, политические, социальные и экономические принципы того, что принято называть "современным миром", "модернизмом" -- в отличии от традиционных обществ или тех режимов, где под маской "современности" были замаскированы архаичные, традиционные ценности (как это имело место в определенных социалистических, националистических и др. обществах).

Термин "либерализм" происходит от латинского "либертас", т.е. "свобода". Но надо сразу заметить, что практически никогда в истории либеральной мысли этот термин "свобода" не прикладывался к какому бы то ни было коллективному субъекту - - будь-то "народ", "общество", "нация", "социальная группа", "государство", "класс" и т.д.

Такие выражения как "народный либерализм", "национальный либерализм" или "государственный либерализм" немыслимы и абсурдны. Те идеологии, которые ставили во главу угла принцип свободы того или иного коллектива, всегда носили иные названия ("национализм", "социализм", "синдикализм" и т.д.). Либерализм -- это идеология, целиком и полностью центрированная на человеческом индивидууме, на его благосостоянии, и требующая для этого индивидуума самого высокого дара -- "свободы".

Именно такой тезис о необходимости обеспечения индивидуальной свободы для человеческого существа и был центральным мотивом всех форм либеральной идеологии. В конечном счете, идеология либерализма тождественна идеологии чистого индивидуализма, т.е. признанию высшей инстанцией общественного устройства "индивидуума", его интересы, его права, его благосостояние. Причем крайне важно заметить, что концепция "индивидуума" в либеральной идеологии рассматривается как нечто совершенно самостоятельное, первичное, основополагающее, не связанное ни с историчискими, ни с социальными, ни с религиозными характеристиками.

"Человек", "индивидуум" либерализма есть нечто прямо противоположное "гражданину", как понимали его греческие демократы, так как "гражданин" создается из причастности к традиции, земле и истории, а просто "человек" (в либерализме) есть категория сугубо абстрактная, заведомо ощищенная от историко-социальных наслоений (конечно, эти наслоения не отрицаются либералами, но рассматриваются как нечто второстепенное, необязательное, и, в конечном счете, излишнее). Весьма показательно, что в греческом демократическом полисе центральная фигура либерализма, атомарный "индивидуум", получила бы довольно унизительное имя -- "идиотес".

Яснее всего философские принципы либерализма были сформулированы английскими мыслителями Джоном Локком и Бернардом Мандевиллем. Именно в их теориях впервые в истории человеческой мысли -- как некая культурная философская аномалия -- появляется "атомарный индивидуум" как вещь в себе, как некая абсолютная категория, чьи мотивации, действия и реакции коренятся в удовлетворении личных эгоистических потребностей. "Свобода" в учении основателей либерализма относилась именно к этому персонажу. Именно этот тип, ставился либералами в центр их представления об обществе, о политическом и экономическом устройстве государства, о ходе человеческой истории.

Совершенно очевидно, что теория "свободы" для индивидуума тут же сталкивалась с логическим противоречием: свобода одного индивидуума с необходимостью ограничиваеться свободой другого. В этой связи любопытно замечание Шигалева в "Бесах" Достоевского: "Исхожу из абсолютный свободы, заканчиваю абсолютным рабством". Либералы, однако, нашли другой способ избежать этого явного противоречия -- они свели всю философскую проблематику индивидуальной свободы к экономической сфере.

Начиная с определенного момента идеология либерализма вообще перешла на чисто экономический уровень, оставив философскую и социальную проблематику в стороне. Важнейшим этапом на этом пути было появление трудов Адама Смита, главного теоретика либеральной экономики, остающегося высшим авторитетом либералов и до сих пор. Смит, отправляясь от концепций Локка и от философии индивидуализма, перевел принцип "свободы индивидуума" в принцип "свободы торговли", отождествив тем самым социально-политическую реальность с реальностью чисто экономической. Экономическая свобода, реализующаяся в ничем не ограниченном товарно-денежном обмене и рынке, достижима путем снятия всех внеэкономических влияний на поведение "атомарного индивидуума".

В действительности индивидуум не свободен, но он может стать свободен, если сделать минимальными, а в пределе, и не существующими все формы давления на него со стороны коллектива, который по определению ограничивает его материальные возможности. Так как в оптике либералов индивидуум характеризуется в первую очередь эгоистическими материальными потребностями, то задачей либерализма становится максимально уменьшить воздействие на него нематериальных и неэгоистических факторов.

Итак, либерализм исторически, концептуально, политически, философски и экономически представляет собой нечто совершенно отличное от демократии. Если в центре демократического мировоззрения стоит "демос", то в центре либерального -- "индивидуум"; если демократия основана на верховенстве коллективного интереса над частными, то либерализм -- на верховенстве частного над коллективным; если демократия озабочена в первую очередь политической сферой, "властью", прямым участием в управлении общиной, то либерализм -- сферой экономики, обеспечением экономических и торговых свобод отдельной личности; и наконец, если демократия

-- это одна из форм политического устройства традиционного общества, то либерализм -- новая экономико-философская доктрина, основанная на полном отрицании традиционной цивилизации и на стремлении в пределе уничтожить все органические общественные институты, принадлежащие политической и культурной истории народов и государств.

источник

RSS

Дни рождения

Дни рождения завтра

НАВИГАЦИЯ ПО САЙТУ

ПОИСК ПО САЙТУ

Подпишись на обновления сайта:


 АВТОРСКИЕ ГРУППЫ